Вечный срок

 

Каждый вечер на воле приятно ложиться в постель:

Не шмонают менты, и не мучают ночью кошмары,

А у нас над тайгой озверевшая воет метель,

И не хочется спать, и не хочется снова на нары.

 

Чифирнём. Помолчим. Ведь сегодня от нас унесли

Моего корешка, грубо бросив его на носилки.

И сейчас его хата – два метра промёрзлой земли,

И табличка без слов, только цифры на свежей могилке.

 

Зековское кладбище посреди тайги –

Лишь таблички с номером в холмиках могил.

Ни креста, ни имени, только номер твой,

Словно срок мотаешь ты, словно ты живой.

 

И уже у Господа ждёт душа суда,

Но останки бренные с зоны никуда.

Здесь теперь прописан ты, хоть пройдут века,

И сотрётся временем след от номерка.

 

Кто приедет сюда? Кто решится могилу искать

В непролазной тайге, на какой-то заброшенной зоне?

И получит вдова или, может быть, старая мать

Лишь письмо, что такой-то скончался и был похоронен.

 

Ничего не боюсь, не жалею почти ни о чём,

Пусть сума, пусть тюрьма, пусть этапы и пусть расставанья...

Но храни меня Бог оказаться на кладбище том –

Без креста, без молитвы, без имени, без покаянья.

 

Зековское кладбище посреди тайги –

Лишь таблички с номером в холмиках могил.

Ни креста, ни имени, только номер твой,

Словно срок мотаешь ты, словно ты живой.

 

И уже у Господа ждёт душа суда,

Но останки бренные с зоны никуда.

Здесь теперь прописан ты, хоть пройдут века,

И сотрётся временем след от номерка.